Владимир Трифонов - Кронштадт - Таллин - Ленинград (Война на Балтике в июле 1941 - августе 1942 годов)

Сразу после ужина сильный обстрел р-на Балтийского завода и города и крупный налет все на тот же район. Длился минут сорок-сорок пять. Решили открывать огонь только в случае пикирования непосредственно на нас или на наших соседей, или если проходить будут прямо над нами. Со "Стойкого" трехдюймовки все же били по ближайшим самолетам.

Получил письмо № 13 от 6 марта от Андрея.

28 апреля. Вторник.

Все же Кожину и Сидорчуку досталось: первому 10 суток "строгача", второму 10 суток простого ареста. Крепко!

Вчера выписаны из госпиталя наш Сергей Рощин и двое из БЧ-5, а старший 1 старший Топчий, из нашей БЧ, говорят, из госпиталя эвакуирован в тыл по серьезному заболеванию, а Николаев из БЧ-5 дня три назад госпитализирован.

После обеда к борту подошли две грузовые автомашины и двумя какими-то новыми зенитными орудиями-автоматами. С помощью наших кранов их передали на борт "Стойкого".

После ужина дошел до начала ковша - там лед подтаял. Полчаса лазил по стапелю. Теперь тут все хорошо видно, не то, что зимой под снегом. Да, пожалуй, я был прав, когда в декабре полагал, что это был заложен крейсер. Только успели заложить киль и донную часть корпуса. Будут ли продолжать строить этот проект после снятия блокады или разберут и заложат что-нибудь новое? Часов с 10 до 11 вечера немцы били по центральному району города. В обед и в ужин суп чечевичный, на второе в обед пшеничная каша с рыбой и компот, в ужин горох (6 ложек).

Написал письма Андрею (№ 19), домой и Жене.

29 апреля. Среда.

С утра уход за мат. частью, проворачивание механизмов, занятие по огневой подготовке. Команды командира или старшины батареи для стрельбы по таблицам слышим и выполняем только на учебных занятиях. А как налет - ни одной команды от них, кроме: "Открывайте огонь самостоятельно".

После обеда работа на левом борту.

Отправил письма, которые написал вчера. Сегодня подходил ко мне Николаев, который уже выписался из госпиталя. Спрашивал, есть ли у меня табак. Предложил в обмен дать кусок мыла. Я согласился. Мыло у меня кончилось.

30 апреля. Четверг.

Весь день работал в цехе завода - заготавливали детали для установки в носовых помещениях взамен изуродованных. Примерно из 30 рабочих, которые начинали с нами работать в конце ноября, осталось человек 12. Остальные умерли от голода. Но за это время наши ребята научились многому. Умеют обращаться и с заводским оборудованием, которое еще может работать, прессы, точила, листорезное оборудование и пр. Освоили сварку, клепку и другие корпусные работы. После работы я нашёл подходящую стальную полосу и выточил себе лезвие, наподобие кинжала. А вот рукоять к нему сделать будет труднее.

На первое в обед и на ужин суп гороховый, на второе в обед горох (6,5 ложек), на ужин овсянка (5 ложек).

Недавно "Кирова" перетащили к набережной ниже моста Лейтенанта Шмидта, где мы обычно отдыхали днем в ноябре после переходов в Кронштадт. А на другой день в хорошую погоду днем на большой высоте над городом вертелся разведчик и, наверное, обнаружил "Киров", который не успели замаскировать под какой-нибудь причал. Но наши догадались перетащить "Киров" на другое место, а на его место поставили большое учебное судно "Свирь".

На следующий день очередной налет на корабли и в "Свирь", говорят, попали две бомбы, но оно не затонуло.

Вахтенные говорят, что ночью и рано утром немцы били по городу шрапнелью - они видели разрывы снарядов в воздухе. Что-то не верится. Ночью шрапнель малоэффективна. Днем налет на город, били береговые зенитки.

1 мая. Пятница.

Утром в честь праздника выпил 8 стаканов чая. На завтрак дали 100 г масла. На сколько дней их надо растянуть?

После завтрака торжественное построение на палубе. Командир корабля и военком поздравили всех нас с праздником. Дежурный по кораблю зачитал поздравительный приказ командира, в котором была объявлена благодарность за отличные показатели в ремонте и боевой подготовке большому числу краснофлотцев и старшин. Из нашей БЧ больше всего - человек 15, в том числе Попову, Суворову, Манышину, Кошелю, Агафонову и, на мое удивление, мне. Из БЧ-1 всего двоим, из службы снабжения одному Афанкову.

На праздничный обед суп гороховый с картошкой, лапша с мясом (5 ложек), граммов 100 селедки и полтора стакана компота.

После обеда и короткого отдыха - за работу. Я сегодня на установке дальномера. Дальномер с базой 1,5 метра. Устанавливали на крыше штурманской и рулевой рубки, которую еще в июле или в августе в Таллине обшивали досками и 10-мм стальными листами с боков и сверху.

Днем немцы все же "поздравили" нас с праздником - около 14 часов минут 5 постреляли по городу.

На ужин суп лапша с картошкой, 50 г селедки и пшенная каша (7 ложек). В вечерний чай выпил 4 стакана. Всего за день, оказывается, выпил 20 стаканов жидкости. Это очень много.

Вечером постирал брюки, поговорил с Емельяновым, как с нашим комсоргом, о возможности моего увольнения для продолжения учебы. Советует подавать рапорты по команде. Ну что еще он может посоветовать?

2 мая. Суббота.

Весь день работал в сильно разрушенной носовой кладовке. Что возможно выправляем кувалдами, что нельзя выправить - в цехе завода готовим замену.

В обед опять суп гороховый с картошкой и пшенная каша с мясом. На ужин суп-лапша с картошкой и каша-овсянка (7 ложек). Сегодня утром и вечером выпил по 3 стакана чая и получилось 13 стаканов за день жидкости. Ну, это ещё терпимо.

Около 17-ти часов - непродолжительный обстрел города.

Получил письмо № 15 от 12 апреля от Андрея.

На вечерней поверке объявили строгий выговор Емельянову: в начале недели пришел на корабль из города хорошо выпивши. Был в какой-то командировке. Если бы он не был комсоргом, то посадили бы на "губу" суток на 5-10. А я еще удивился, почему его в первомайском приказе не отметили.

3 мая. Воскресенье.

Сегодня отдыхаем от работы. Помылись в своей бане, постирал кое-что из белья. После обеда вызвали к проходной. Оказывается, пришли дядя Павел и тетя Маруся. Говорят, что приходили уже два раза, но меня якобы не могли найти на корабле. Затерялся. Выглядят получше, чем в марте, когда я ночевал у них после госпиталя. Рассказали, как почти весь апрель все, кто мог передвигаться, убирали город от снега, от завалов, от накопившейся за зиму грязи. Ведь и канализация почти нигде не работала. Боялись эпидемии брюшного тифа и дизентерии. Но пока в этом отношении в городе более-менее спокойно. Сходил на корабль и передал им купленные за эти месяцы и прочитанные книги. Если бы я знал, что они придут сегодня, подкопил бы им немного хлеба и еще чего-нибудь.

Обстрел и бомбежка спозаранку, с 6 часов - обстрел города, через 20-30 минут - бомбежка соседних мор. заводов. В девятом часу снова воздушная тревога и пальба.